Образ Матвея Капитоныча в рассказе Пантелеева «На ялике»
Рассказ Леонида Пантелеева «На ялике», созданный в 1942 году, — это трогательная зарисовка блокадного Ленинграда, где на фоне войны раскрывается образ маленького героя, Матвея Капитоныча, или Моти. Этот мальчик, перевозчик на ялике, воплощает стойкость, мужество и взрослую ответственность, несмотря на свой юный возраст. Через образ Моти Пантелеев показывает, как война ускоряет взросление детей, заставляя их брать на себя тяжелые обязанности. Мотя — не эпический герой, а обычный ленинградский мальчик, чья сила духа проявляется в повседневном труде и бесстрашии перед лицом опасности. Его образ раскрывается через внешность, поступки, слова и отношение к нему окружающих, что делает его символом непокоренного духа осажденного города.
Внешность и первое впечатление
Матвей Капитоныч появляется в рассказе как неожиданный герой: вместо взрослого перевозчика на веслах сидит мальчик лет одиннадцати-двенадцати, а может, и младше. Его внешность подчеркивает детскость, контрастирующую с взрослой ролью: «Лицо у него было худенькое, серьезное, строгое, темное от загара, только бровки были смешные, детские, совершенно выцветшие, белые, да из-под широкого козырька огромной боцманской фуражки с якорем на околыше падали на запотевший лоб такие же белобрысые, соломенные, давно не стриженные волосы». Эта картина вызывает у рассказчика удивление и умиление: огромная фуражка и брезентовый балахон, явно не по размеру, делают Мотю похожим на ребенка, играющего во взрослого. Однако серьезность лица и уверенные движения сразу показывают, что он не играет: «Он очень спокойно, без всякого раздражения, сурово и повелительно распоряжался посадкой». Мотя — это сочетание детской хрупкости и взрослой решительности, что задает тон его образу.
Труд и ответственность
Мотя — центральная фигура рассказа, потому что он выполняет тяжелую и опасную работу перевозчика. Его труд не просто физический, но и символический: ялик, борющийся с течением Невы, отражает борьбу ленинградцев с войной. Мотя управляет лодкой с ловкостью взрослого: «Ловко, хотя и не без натуги, работали веслами его руки в широких рукавах». Он командует пассажирами, организует посадку, собирает плату и даже отсчитывает сдачу, проявляя деловитость: «Он шмыгнул носом, усмехнулся, отсчитал восемь гривен, подал их мне вместе с квитанцией и сказал: — Если у вас лишние, так положите их лучше в сберкассу». Эта фраза показывает его практичность и независимость.
Работа Моти не ограничивается дневным временем: он дежурит ночью, тушит зажигательные бомбы с другими ребятами, почти не спит. На вопрос рассказчика, не устает ли он, Мотя лишь пожимает плечами, но его осунувшееся лицо и тяжелое дыхание выдают усталость: «Темное от загара и от усталости лицо его блестело, он тяжело дышал». Несмотря на это, он не жалуется, а продолжает грести, что подчеркивает его стойкость и чувство долга. Лейтенант с батареи говорит: «Лет ему — не сосчитать как мало, а работает — сами видели, — со взрослыми потягаться может. И притом, что бы ни было, всегда на посту: и днем и ночью, и в дождь и в бурю...».
Мужество перед лицом опасности
Самый яркий эпизод, раскрывающий образ Моти, — это переправа под зенитным огнем. Когда начинаются взрывы и осколки падают в воду, взрослые пассажиры паникуют, съеживаются, прячутся. Мотя же остается спокоен: «Ни на один миг он не оставил весел. Так же уверенно и легко вел он свое маленькое судно, и на лице его я не мог прочесть ни страха, ни волнения». Его реакция на канонаду лаконична: «Ну что! Ничего особенного. Зенитки». Он даже усмехается, глядя на перепуганных взрослых, что заставляет рассказчика чувствовать стыд: «Мне даже стыдно стало, я даже покраснел, когда увидел эту улыбку на его губах». Мотя не просто не боится — он философски принимает опасность: «Бойся не бойся, а уж если попадет, так попадет. Легче ведь не будет, если бояться?». Эта фраза, простая и мудрая, показывает, что Мотя понимает неизбежность риска, но не позволяет страху управлять собой.
Его мужество особенно поразительно на фоне личной трагедии: три недели назад осколок убил его отца, перевозчика Капитона. Мотя продолжает дело отца, сидя на той же скамейке, с теми же веслами: «Воды бояться — в море не бывать». Эта народная поговорка, произнесенная хриплым голосом, отражает его внутреннюю силу. На вопрос, не боится ли он сам погибнуть, Мотя плюет через плечо и отвечает: «Ну что ж! Конечно, могут. Всякое бывает. Могут и убить. Тогда, значит, придется Маньке за весла садиться». Здесь раскрывается не только его бесстрашие, но и забота о сестре, готовность передать ей свое дело.
Отношение окружающих и символика прозвища
Мотя — уважаемая фигура среди местных. Женщины на пристани тепло приветствуют его: «Капитану привет! Мотенька, давай, давай сюда! Заждались мы тебя». Зенитчики называют его «Адмирал Нахимов», что подчеркивает его авторитет и мастерство: «Я ведь их тут всех обслуживаю: и зенитчиков, и летчиков, и моряков, и из госпиталей которые...». Прозвище не только шутка, но и признание его лидерства, несмотря на возраст. Оно отсылает к знаменитому русскому адмиралу, символизируя героизм и преданность долгу. Мотя воспринимает это с достоинством, но без зазнайства, что добавляет его образу скромности.
Связь с семьей и преемственность
Образ Моти дополняется через его связь с семьей. Его отец, дед и прадед были перевозчиками, что делает Мотю частью династии: «И отец у него, говорят, тоже на яликах подвизался. И дед». Гибель отца не сломила его, а укрепила решимость продолжать дело. В финале появляется сестра Манька, которая кричит: «Мотя-а-а! Живей! Чего ты копаешься там?.. Обедать иди!». Она, как и Мотя, готова взять весла: «Ладно. Иду. Принимай вахту». Мотя гордится ею: «Вот она у нас какая!». Эта сцена подчеркивает преемственность: даже если Мотя погибнет, дело продолжит Манька. Их семья — символ непрерывности жизни в блокаду.
Образ Матвея Капитоныча в рассказе Пантелеева — это портрет ребенка, ставшего взрослым под давлением войны. Его внешняя хрупкость контрастирует с внутренней силой: он трудится без устали, не поддается страху и продолжает дело отца. Через цитаты, такие как «Воды бояться — в море не бывать», Пантелеев передает его народную мудрость и стойкость. Мотя — не просто мальчик, а символ блокадного Ленинграда, где даже дети становятся героями. Его образ учит, что мужество — это не отсутствие страха, а умение выполнять долг, несмотря на него. Мотя гребет против течения Невы и против ужасов войны, воплощая надежду и несгибаемую волю к жизни.
Духовницкого района Саратовской области
Педагогический стаж: более 25 лет